- Сообщения
- 3.955
- Реакции
- 4.709
Грабить банки в СССР было не принято. И дело было вовсе не в сознательности советских преступников. Кража у государства во времена Советского Союза считалась преступлением гораздо более тяжелым, чем кража у обычных граждан, и каралась очень тяжело.
Если ограбления «Сберкасс» в СССР и случались, то очень редко. Однако в 1977 году произошел вопиющий случай, поднявший на ноги всю советскую милицию. Наглые преступники пошли на ограбление даже не «Сберкассы», а филиала Госбанка СССР в городе Ереване.
Два родственника, ни один из которых до этого даже не был судим, совершили ограбление, украли из фонда Госбанка целых 1,5 миллиона рублей.
Двоюродные братья Николай и Феликс Калачяны были людьми по характеру абсолютно разными. Николай в детстве рос в очень бедной семье. Отец мальчика, больной неизлечимым заболеванием, содержать своих детей не мог. Иногда в семье даже нечего было есть. Не выдержав такой обстановки, еще будучи учеником 4 класса, юный Калачян сбежал из дома с цыганским табором.
Цыгане в последующем научили мальчика подворовывать и торговать запрещенным в СССР вещами и лекарственными препаратами. Когда Николай немного подрос, он устроился работать мусорщиком. Образование Калачян, таким образом, получил лишь начальное. В последующем он кое-как смог выучиться и на токаря. Но человеком при этом Николай, как признавали все его знакомые, был очень умным и расчетливым.
В какой-то момент он собрал группу таких же юнцов-отщепенцев, как и он сам, и организовал ограбление «Сберкассы». Преступники проделали дыру в стене учреждения и вынесли крупную сумму денег.
Благодаря организаторскому таланту Николая и продуманности его действий, раскрыть это, первое в его жизни, преступление милиции не удалось.
Сам Николай особого проку от украденных денег не получил, он попросту прогулял всю сумму в ресторанах.
Двоюродный брат Николая, Феликс Калачян, был его полной противоположностью. Парнем он рос скромным и трудолюбивым и ни о каком криминале никогда даже не помышлял. В интеллектуальном плане особо одаренным Феликс не был, и окружающие считали его человеком, скорее, «ведомым», чем лидером. Но и глупым Феликс Калачян не был.
После школы Феликс женился, и к тому моменту, когда им заинтересовался его двоюродный брат Николай, уже имел двоих детей. Проживал Феликс с семьей в Ленинакане, но время от времени ездил на заработки в Ереван.
В Ереване с ним и связался Николай. Оставшись безнаказанным после ограбления «Сберкассы», Калачян начал искать новые пути получения легких денег.
Двоюродный брат Феликс прежде всего заинтересовал Николая благодаря его недюжинной силе и природной физической гибкости.
Феликс Калачян, как позднее рассказывали о нем знакомые, мог проделывать со своим телом такие трюки, которые были не под силу даже профессиональным цирковым артистам.
Услышав предложение брата стать его соучастником, Феликс поначалу ужаснулся и категорически отказался грабить банки. Но бедность, необходимость содержать семью, а также природная внушаемость в конечном итоге сделали свое дело, и Феликс согласился.
Создав таким образом преступную группировку, братья Калачян первым делом ограбили магазин электротехники. Как и в случае со «Сберкассой», они пробили в стене торговой точки дыру и вынесли несколько дорогих импортных магнитофонов.
Выбирать места для ограблений Николай Калачян умел. Заведующий магазином даже не стал подавать заявление о краже в милицию, поскольку украденные магнитофоны были контрабандными.
Магнитофоны братья продали по дешевке, не торгуясь, но все равно выручили за них довольно большие деньги. После реализации техники Николай и Феликс отправились в Москву и прокутили выручку в ресторанах. А когда деньги закончились, Николай предложил Феликсу пойти «на дело всей их жизни».
К этому моменту Николай уже успел переговорить с дальним родственником братьев — Завеном Багдасаряном, и заручиться его поддержкой. Багдасарян работал служащим в Госбанке и пообещал Николаю помощь в ограблении за 40% от украденной суммы. Завен передал Калачянам схемы здания банка и предоставил всю необходимую информацию, которая могла помочь им в краже.
В частности, он сообщил Николаю, что стены и двери в хранилище банка бронированные, и попасть в помещение через них не получится. Однако о потолке в хранилище банка никто не подумал, и он был обычным, бетонным. При этом сами деньги в хранилище просто лежали на полках в пачках.
Получив от Завена нужные сведения, Николай приступил к разработке плана ограбления. На подготовку всех деталей у братьев ушло целых полгода, а само ограбление они назначили на пятницу, надеясь дать себе фору в два выходных дня.
Недобрые знаки начались еще на этапе подготовки. За неделю до назначенного дня Николай Калачян попал в аварию и был доставлен в больницу.
Но отказываться о дела, к которому он так долго готовился, преступник не стал. Николай уговорил брата все равно отправиться в банк и совершить кражу в одиночку.
Феликс Калачян согласился. Вечером в пятницу он отправился в банк. Проделав невероятный гимнастический трюк, Феликс проник через чердачное окно на чердак здания.
Затем преступник просверлил небольшое отверстие в бетонном потолке. В узкую дыру Феликс опустил детский зонтик и раскрыл его. Теперь при расширении дыры куски бетона падали в этот зонтик и не производили шума, который мог бы привлечь охрану.
Благодаря своей гибкости и силе, Феликс легко проник через проделанное в дыру хранилище и унес в рюкзаке полтора миллиона рублей. Общий вес этих денег составил целых 30 килограмм.
Совершив кражу, Феликс Калачян забрал из больницы брата, и они вместе отправились в Москву.
Конечно, ограбление Госбанка нельзя было сравнить с кражей из «Сберкассы» или магазина электротоваров. Братья понимали, что охота за ними со стороны милиции начнется нешуточная. Поэтому для обналичивания украденных денег они придумали осторожный и хитрый способ.
Понедельник после ограбления стал для работников Госбанка СССР Еревана по-настоящему черным днем. 1,5 миллиона рублей в те времена были суммой астрономической. Для примера, новые автомобили, которые считались в СССР невероятно дорогими, стоили от 4 до 15 тысяч рублей.
Милиция сразу же приступила к делу и начала шерстить криминальный мир советской Армении. Испугавшись, криминальные авторитеты начали сами приходить в милицию и заявлять о том, что они никогда не пошли бы на ограбление Госбанка. Как уже упоминалось, красть у государства во времена СССР было чревато.
Братья Калачян к этому времени уже добрались до Москвы и приступили к реализации своей схемы «отмывания» украденных денег. Николай и Феликс принялись покупать небольшими партиями облигации госзайма. При этом брали они те облигации, которые в последующем можно было продать.
Вероятно, ограбление несмотря на размах, в конечном итоге сошло бы братьям с рук. Но в дело вновь вмешалась судьба.
Вскоре после приезда в Москву Николай Калачян познакомился с симпатичной девушкой, Людмилой Аксеновой. Преступник влюбился в красавицу до такой степени, что решил жениться на ней.
Свадьбу Николай при этом запланировал королевскую. Для такого торжества преступнику, конечно, нужны были деньги. И Калачян совершил большую ошибку. Николай дал указание Феликсу приобрести сразу значительную партию облигаций для продажи.
Феликс выполнил поручение и им тут же заинтересовались правоохранительные органы, которым покупка такого большого количества облигаций показалась подозрительной. Ведь они, помимо прочего, знали и об ограблении в Ереване. А Феликс еще и расплатился за ценные бумаги сторублевыми купюрами, которые в были украдены в хранилище.
Жениться на Людмиле Аксеновой Николая Калачяну было не суждено, через три дня после покупки облигаций братьев арестовали.
Приговор покусившимся на государственную собственность преступникам был вынесен более, чем суровый. Братьев Калачян приговорили к расстрелу, а их подельнику, работнику Госбанка Еревана Завену Багдарасяну, дали 11 лет.
А дальше начинается непонятное. По какой-то причине за преступников, рискуя своим высоким постом, ходатайствовал председатель Президиума Верховного совета Армянской ССР Бабкен Саркисов.
Труженики предприятий, на которых работали Николай и Феликс, написали коллективные письма в Москву с просьбой смягчить приговор.
В конечном итоге, дошло до того, что Верховный суд отменил Калачянам смертную казнь. Это само по себе было совершенно немыслимо, в СССР расстреливали за нанесение государству ущерба в 10 000 рублей и выше.
Но то, что произошло затем, кажется еще более невероятным. Все карательные учреждения страны находились на постоянной связи с Москвой, сигналы оттуда не опаздывали и не терялись. Однако посланное в Армению постановление о помиловании каким-то образом запоздало. Бумага пришла на место ровно через сутки после того, как Николай и Феликс Калачяны были расстреляны.
