НЕ ТОЛЬКО ПОЛЯРНИК

[DailyNews]

Самым знаменитым советским полярным исследователем был и остается Иван Папанин. В 1937-1938 годах он возглавлял первую в мире арктическую экспедицию на дрейфующей льдине «Северный полюс-1».

В середине 30-х это было мировой сенсацией. К тому же, такая экспедиция требовала личной храбрости - на финальном этапе Папанин и его коллеги вполне могли погибнуть. Но их спасли, и за этим спасением, затаив дыхание, следил весь мир.

Папанин не стал жертвой системы. Ему повезло прожить долгую и в целом благополучную жизнь. Он до конца оставался при деле и в почете, имел две звезды Героя Советского Союза, девять орденов Ленина и звание контр-адмирала.

Кроме того, Папанин стал единственным в истории академиком с неполным средним образованием.

А в молодости ученый и путешественник был видным чекистом, и об этом почему-то мало кто знает.

Иван Папанин родился 14 ноября 1894 года в семье портового матроса в Севастополе, почетным гражданином которого он впоследствии стал.

Он окончил четырехклассное земское училище и работал токарем на заводе навигационных приборов, пока в 1915 году его не призвали на флот и не направили на базу в Ревеле (ныне Таллинн, Эстония).

По воспоминаниям Папанина, семья не имела собственного жилья и вообще страшно бедствовала, а отец сильно переживал из-за того, что не мог выбиться в люди. Вероятно, это и повлияло на формирование политических взглядов сына.

Вернувшись после октябрьского переворота на родину, Иван Папанин самым активным образом участвовал в Гражданской войне на юге России, в 1919 году вступил в РКП(б), а во время пребывания Врангеля в Крыму был связным большевицкого подполья и активно действующим диверсантом.

Он входил в основную боевую группу, которая нанесла самый болезненный удар — подорвала Бешуйские рудники, бывшие главным источником угля для «белых».

Чтобы незадолго до наступления красных доложить командующему фронтом Фрунзе обстановку, подпольщик выбрался с полуострова через Турцию, куда его переправили контрабандисты за тысячу царских рублей.

Сам Папанин вспоминал об этом так:

«Поздно ночью меня посадили в мешок из-под муки. Сколько я в нем пробыл, не помню. Казалось, что долго. Мучная пыль лезет в нос и рот, ни чихать, ни кашлять нельзя. Нельзя и двигаться. Наконец, я почувствовал – кто-то поднял мешок и несет».

Контрабандисты прибыли в Синоп, и следующие две недели Папанин пешком шел до Трабзона, где было советское представительство. В дороге он выдавал себя за нищего и питался диким инжиром.

Дойдя до Трабзона, Папанин через советского консула попал на буксир в Новороссийск, а оттуда поездом прибыл в Харьков, где был представлен командующему Южного фронта Михаилу Фрунзе, который готовил наступление на Врангеля.

Фрунзе распорядился обеспечить крымских партизан необходимым, и Папанину выдали 200 винтовок и мешок с целым миллионом царских рублей.

7 ноября 1920 года «красные» в союзе с махновцами прорвали оборону Врангеля на Перекопском перешейке.

В тот же день Папанин с двумя сотнями боевиков высадился на южном побережье Крыма, и соединившись с отрядом опытного анархиста-боевика Мокроусова, принял самое активное участие в знаменитых крымских грабежах.

Нет ничего странного в том, что после изгнания «белых» Папанин был назначен комендантом Крымской ЧК.

В его официальной биографии на сайте «Герои страны» перечислено много должностей, вплоть до «председателя президиума ячейки мастерской Заднепровской бригады бронепоездов и бронесил», которую он занимал четыре месяца. А вот служба в крымском ЧК под началом дегенератки-садистки Розалии Землячки и ее подельника Белы Куна была оттуда тщательно вымарана.

В Крыму эти деятели расстреливали не только врангелевцев, но и любого, кто был прилично одет и разговаривал, как образованный человек. Офицеров без разбирательств вешали на севастопольских бульварах прямо в форме с погонами.

Всего в те дни зверски убили около 80 тысяч человек, и будущий полярник Иван Папанин принимал в расправах самое активное участие.

Правда, современный биограф Папанина Сергей Ченнык утверждает, что его герой пережил шок от того, в чем участвовал, и даже в какой-то мере разочаровался в прежних идеалах, но это лишь писательское предположение.

А официально известно, что за свои крымские приключения Папанин получил орден Красного Знамени.

С весны 1921 года будущий полярник сменил не одну должность в различных ведомствах от Харькова до Якутии, но никогда не увольнялся из ВЧК.

А затем была Арктика. Идею дрейфующей станции выдвинул в середине 1920-х годов норвежский исследователь Фритьоф Нансен. В СССР ее главными энтузиастами были выдающиеся географы и гидрологи Отто Шмидт и Владимир Визе, а еще знаменитый полярный летчик Михаил Водопьянов.

13 февраля 1936 года политбюро постановило провести первую в мире экспедицию на льдине.

Академия наук выдвигала в начальники Визе, но выбор, в конце концов, пал на более молодого Папанина, чью кандидатуру, к тому же, лоббировали военные и НКВД.

Руководитель станции Иван Папанин, метеоролог и геофизик Евгений Фёдоров, радист Эрнст Кренкель и океанограф Пётр Ширшов за 274 дня дрейфа проплыли на льдине более 2500 километров и 19 февраля 1938 года были спасены подоспевшими ледокольными пароходами «Таймыр» и «Мурман» в нескольких десятках километров от берегов Гренландии.

Была ли научная или практическая необходимость высаживать зимовщиков именно на Северном полюсе, сказать трудно. Но пропагандистский эффект вышел грандиозный.

Все четверо получили звания Героя Советского Союза, а Папанин и Кренкель еще и степени докторов географических наук (ни у одного, ни у другого университетского образования не было).

Интересно, что самым большим лишением, пережитым на льдине, Кренкель назвал отсутствие картошки и селедки.

В январе 1940 года Папанин руководил спасением терпевшего бедствие во льдах исследовательского ледокола «Георгий Седов» и получил за это вторую Золотую Звезду.

В 1939 году знаменитого полярника назначили начальником Главсевморпути, а в октябре 1941-го - уполномоченным Государственного комитета обороны по работе Мурманского и Архангельского портов. Через его руки шли все ленд-лизовские поставки.

В 1946 году 51-летний адмирал был отправлен на пенсию по состоянию здоровья в связи с «обострением стенокардии». Диагноз вызывает определенные сомнения, потому что Папанин прожил после этого еще 40 лет, находясь в неплохой форме.

На самом деле отставке предшествовал случай, о котором судачила вся Москва.

Сразу после победы в войне Папанину выделили участок для строительства дачи в подмосковном поселке Мурашки.

Он возвел огромный кирпичный дом, использовал для отделки трофейный мрамор и выкопал пруд, в который запустил стаю черных лебедей.

О дальнейшем источники рассказывают по-разному. Точно не известно, был Сталин в гостях у Папанина или нет, говорил он с ним в застолье, у себя в кабинете или по телефону, но сути произошедшего это не меняет.

Самая красочная версия гласит, что вождь вызвал Папанина с докладом, после разговора о делах похвалил за благородный поступок, а когда оторопевший полярник спросил, когда это он подарил свою дачу детскому дому, ответил, усмехаясь в усы:

«Ну как же, сегодня утром! Документы в приемной у Поскребышева. Кстати, не забудь подписать, когда выйдешь».

О компенсации затраченных Папаниным личных средств, конечно, не было и речи.

На сайтах поклонников Сталина этот эпизод описан с умилением. Другие авторы называют причиной опалы не роскошь особняка, а контакты Папанина с британцами и американцами во время войны.

По воспоминаниям соседей, кстати говоря, никакой детский дом на дачу Папанина не переехал, здание пустовало до 1955 года, когда было превращено в одну из госдач Совета министров.

А здоровье чекиста-полярника после смерти вождя народов улучшилось, в 1949 году его назначили заместителем директора Института океанологии АН СССР, а с 1951 года он возглавлял отдел морских экспедиционных работ президиума Академии.

Современники вспоминают, что Папанина была прибаутка на все случаи:

«Вот мы сделаем это, а товарищ Сталин даст нам по жопе!».

Причем, он продолжал использовать ее даже тогда, когда Сталина уже давно не было на свете.