- Сообщения
- 7.805
- Реакции
- 10.690
Бауманская ОПГ как отдельный феномен московского криминального мира родилась на пересечении нескольких линий. С одной стороны, это классическая история конца 1980-х, когда рэкет и силовой контроль рынков стали нормой для полулегального бизнеса. С другой стороны, у названия есть более ранняя тень. В конце 1960-х в Бауманском районе действовала группа Геннадия Карькова по прозвищу «Монгол», в составах которой начинал Вячеслав Иваньков «Япончик». Те ранние эпизоды с похищениями «теневиков» и вымогательством у подпольных миллионеров определили сам язык будущих «бауманских». Но институционально именно «перестроечная» конфигурация конца 1980-х оформила то, что в публикациях 1990-х и в материалах правоохранительных органов называли Бауманской ОПГ. Если сжать хронику до одной фразы, получится так: стремительная сборка из нескольких бригад в 1988 году, яркое и жесткое доминирование на востоке Москвы, почти одновременное выбивание ключевых лидеров в 1993–1994 годах, затем попытка реставрации влияния во второй половине 1990-х под руководством Андрея Журавлёва «Терразини», громкие аресты 1997–1999 годов, экстрадиция и оправдательный вердикт по делу «Терразини» в 2004 году, на фоне которого последовало его убийство, закрывшее эпоху. Но за этой схемой скрыты детали, без которых портрет группировки будет плоским.
Происхождение и ранняя сцена
Бауманский район Москвы с его дворами вокруг МГТУ им. Баумана задолго до «лихих девяностых» был местом с плотной социальной тканью. В 1960–1970-е здесь оформлялись первые городские «бригады» нового типа. Одна из них, связанная с именами Карькова «Монгола» и молодого Иванькова, практиковала то, что позже назовут рэкетом: давление на цеховиков, перекупщиков, антикваров, по сути на весь «теневой» сектор. Истории про «гроб» с живым пленником как инструмент психологического слома иллюстрируют, какой именно тип насилия закреплялся как рабочий. Это важно, потому что в 1988 году новая бауманская конфигурация фактически наследовала не конкретные связи, а сценарии, принципы и привычку к демонстративной жестокости как коду управления.
Сборка 1988 года и «квартира лидеров»
В 1988 году несколько бригад, работавших в районе, спаялись в устойчивую структуру. В публичных архивах чаще всего называют четырех ключевых фигур старта: Владислав Ваннер «Бобон», Валерий Длугач «Глобус», Виктор Коган «Жид», Анатолий Семёнов «Рэмбо». Территория влияния определялась ядром вокруг Бауманского района, но интересы быстро вышли на автомобильный бизнес, рынки, кафе и ночные площадки. Ваннер одновременно пробовал «белые» истории и контакты с предпринимателями. Его дружба и сделки с Давидом Якобашвили в публикациях 1990-х выглядели как типичная для эпохи связка криминальной силы и стремительно обрастающего капиталом предпринимательства. Длугач «Глобус» держал ближайшее окружение в тонусе и отвечал за готовность перейти к силе в любую секунду. Базовая «малина» и логистика были связаны с Апрелевкой, где «Глобус» жил и где бригада чувствовала себя как дома. Коган «Жид» и Семёнов «Рэмбо» подхватывали и силовую, и организационную рутину. С самого начала «бауманских» называли «беспредельщиками» не из журналистской моды, а за реальные практики: вымогательство как система, демонстративные избиения, похищения, угрозы и издевательские формы устрашения, вплоть до инсценировок «захоронений» и имитаций расправ.
Волна ликвидаций 1993–1994 годов
Весной 1993 года по Москве прошла череда хладнокровных убийств, обрушившаяся на верхушку «бауманских». 10 апреля у дискотеки «У ЛИС’Са» на Олимпийском проспекте из карабина СКС расстреляли Длугача «Глобуса». 12 апреля в подъезде своего дома расстреляли Семёнова «Рэмбо». 13 апреля в помещении обувной мастерской на Елецкой улице, переоборудованной под зал игровых автоматов, убили Виктора Когана «Жида» вместе с двумя случайными людьми. В январе 1994 года убили самого Ваннера «Бобона». В источниках эти убийства связывают с решением конкурентов выбить ключевые опоры «бауманских». В оперативной среде чаще всего всплывают «курганские» и «ореховские» как игроки, заинтересованные в перехвате активов и полях влияния. В те годы столичная карта стремительно перекраивалась и любое знаковое убийство имело ярко выраженный экономический контекст: контроль над рынками, автосалонами, игорными залами и потоками наличности.
Попытка реставрации: «Терразини» и поглощение Аннинской ОПГ
Потеря всей «квартиры лидеров» не убила систему полностью. В 1995 году Андрей Журавлёв «Терразини», ранее судимый за мошенничество, сумел собрать оставшиеся бригады и запустить вторую жизнь «бауманских». К этому моменту вокруг большой московской сцены уже шли войны за ресурс, поэтому новая ставка была на быстрый силовой эффект. В структуру «бауманских» тогда привели Аннинскую ОПГ, контролировавшую район Варшавского шоссе. Ближайшими помощниками Журавлёва стали Алексей Шустов «Боксёр» и Иван Костроба «Краб». В прессе и в оперативных сводках второй половины 1990-х «бауманских» снова описывали как группу с показательной жестокостью. В качестве фирменного устрашения фигурировали похищения и «вывоз в лес», причём не как метафора, а как способ принуждения к выплатам. Именно в этот период в Москве началось активное переплетение конфликтов: эпизоды, которые приписывали «бауманским», показывали и их собственные разборки внутри, и удары по конкурирующим сетям, в том числе по лидерам «курганских» и связанным бизнесменам. В публичных версиях следствия всплывали фамилии киллеров и посредников, иногда вплоть до конкретных никнеймов, но даже громкие дела редко доводились до неоспоримых приговоров по ключевым эпизодам.
Разгром бригад и перелом 1997–1999 годов
Нарастание шумных эпизодов неизбежно вывело историю в фазу жесткого силового давления. В 1997 году прошли знаковые задержания в Аннинской ОПГ, в том числе арестовали Шустова. В 1998–1999 годах волна докатилась до известных «бауманских» авторитетов и бригадиров. Одновременно начала буксовать внутренняя дисциплина. Силовая сцена Москвы к концу десятилетия становилась все более дорогой и неоправданной для бизнеса, который переходил на схемы договоренности, посредничества и более тонких финансовых инструментов. Для тех, кто продолжал решать вопросы старым способом, риски выросли лавинообразно: федеральные ведомства перестраивали координацию, а медийная видимость любой войны мгновенно портила жизнь всем участникам.
Экстрадиция «Терразини» и его суд
После серии ударов по окружению Журавлёв уехал за границу, оформил израильское гражданство и некоторое время оставался вне российской юрисдикции. В январе 2001 года его задержала израильская полиция по запросу Москвы. 11 июня 2002 года Израиль выдал Журавлёва российской стороне. Это был первый случай, когда Израиль экстрадировал своего гражданина по запросу России, и сам по себе факт стал важным прецедентом международного взаимодействия по делам 1990-х. В России «Терразини» предъявили обвинение не по громким «межгруппировочным» эпизодам, а по эпизоду внутри самой ОПГ - убийству участника группировки Александра Соколова, якобы совершённому в 1997 году. В марте 2004 года суд присяжных Мособлсуда полностью оправдал Журавлёва, а спустя неделю Верховный суд утвердил вердикт. Спор о доказательствах был принципиальным: не нашли тело, ключевые свидетели отказались от показаний, а прямых подтверждений причастности лидерской роли к конкретному убийству сторона обвинения не представила. Но юридическая победа не спасла «Терразини»: в августе 2004 года его расстреляли в Подмосковье у дома в Ершово. В силовых комментариях того времени это объясняли логикой криминальной памяти: ни оправдательный приговор, ни перемены в раскладе сил не отменяют старых счетов.
Структура бизнеса и поле влияния
На старте «бауманские» контролировали классический для Москвы набор: автомобильный импорт и продажу подержанных машин, стоянки, автосервисы, рынки, ночные площадки, пункты обмена валюты и «игры». Вокруг каждого такого узла возникала смесь защиты, долей в обороте и прямого управления кассой. Важной особенностью стала близость к «витринному» столичному досугу. Истории вокруг дискотек, казино, самых ярких ночных клубов не случайны - там проще всего было шантажировать репутацией и быстро получать наличные. Параллельно формировались «мостики» в легальную экономику - от совместных проектов с предпринимателями до входа в охранный бизнес, где криминальная риторика перекодировалась в язык «безопасности».
Методы и репутация
Слухи про «закапывание живьём» и другие показательные пытки - не просто городские легенды. В ряде дел конца 1990-х следствие описывало инсценировки казней, вывоз в лес, «похороны» как метод убеждения оплатить долг. Даже если часть таких историй обросла мифами, сам способ угроз был системной практикой 1990-х. Прямое насилие, демонстративная публичность и работа на страх - это ключевой треугольник методов. На фоне «консервативных» воровских правил, где ценились договоры и авторитет, «бауманских» реально называли «беспредельщиками», и это работало как инструмент бренда страха. Именно страх и скорость принуждения объясняют, почему Бауманская ОПГ долго сохраняла влияние даже без стабильной единоличной «крыши» после 1994 года.
Конкуренты и враги
К середине 1990-х в столице стабилизировались несколько мощных центров силы - «ореховские», «курганские» и другие объединения с региональными корнями. Их интересы неизбежно пересекались с полями, на которых стояли «бауманские». На автомобильном рынке и в сфере «игр» конфликты с «курганскими» срывались в кровь чаще всего. Отдельная линия - отношения с «чеченскими» структурами, которые в Москве работали не только как самостоятельная сила, но и как посредники и подрядчики в отдельных операциях. Для бизнесов важнее был не «флаг» группировки, а конкретная способность быстро решать задачу защиты или наезда. Это порождало размытые союзы и ситуативные коалиции, где вчерашние враги могли выступить партнерами на один эпизод, а формальные союзники - привести «чужих» для исполнения какой-то задачи.
Почему конец 1990-х стал концом «бауманских»
Причин несколько. Первая - давление силовых ведомств, которые после серии громких убийств в 1993–1994 годах накопили и политическую волю, и материал для больших дел. Вторая - экономическая трансформация: к концу десятилетия наличные потоки частично ушли в безнал, и старые формы рэкета потеряли эффективность. Третья - рост цены скандала. Любая перестрелка мгновенно била по контрактам, арендам, ресторанным сетям. Владельцы легального бизнеса начали платить не тем, кто страшнее, а тем, кто умеет договариваться, легализовать схемы и обеспечивать информационную невидимость. «Бауманские» пытались перестроиться за счет поглощения соседей и усиления террора, но оба механизма к концу 1990-х обнулились: поглощения приводили к новым войнам, а террор - к концентрации внимания силовиков и прессы.
Различать бренд и преемственность
Название «Бауманская» - это в первую очередь география и память района. Советская «бауманская» конца 1960-х с «Монголом» и «Япончиком» и «перестроечная» Бауманская ОПГ конца 1980-х - не одна и та же юридическая организация. Их роднит культура насилия и вымогательства в одном и том же пространстве и частично пересекающиеся фигуры раннего периода, что позволяет говорить о культурной и кадровой преемственности. Но обобщать их как одну непрерывную структуру некорректно. Именно поэтому в источниках 1990-х рядом с «бауманскими» часто вспоминают только «старую школу» как предысторию и набор навыков, а не как формального предка. Для истории Москвы «бауманские» - это не только страница криминальных хроник. Это ключ к пониманию, почему в столице 1990-х так быстро рождались гибриды бизнеса, охраны, клубной жизни и криминальной силы. Это также урок про пределы террора как инструмента управления. Там, где страх работает дольше остальных ресурсов, распад неминуем - потому что система будет всегда искать более дешевые и менее заметные способы контроля. Многих из тех, кто пережил разгром, позже находили на периферии легального рынка безопасности, логистики, автосервиса. История «теряет» их из виду не потому, что они исчезают, а потому, что становятся экономически неинтересны медиа - они больше не делают громких событий, ради которых стоит открывать криминальную хронику.
Этот обзор носит исключительно информационный характер и не является руководством к применению. История «бауманских» - это дополнение официальных дел и судебных решений большим массивом журналистских материалов и оперативных версий. Многое в этой истории мы знаем по публикациям «Коммерсанта», «МК», «Газета.ру», по хроникам телеканалов и комментариям силовиков. Важно всегда соотносить конкретный эпизод с уровнем доказанности. Там, где есть приговор, мы говорим о факте. Там, где есть только оперативная версия или публикация без судебной проверки, мы говорим о версии, подтверждаемой пересечением источников, но не заменяющей решение суда. В случае Бауманской ОПГ это различие особенно важно: часть публичного образа группы построена на демонстративной жестокости и страшных историях, которые нередко переживают проверку, но иногда оказываются преувеличенными. На момент подготовки текста все указанные ссылки открываются. Если при последующем просмотре какой-то ресурс не доступен из вашего региона или требует включения JavaScript, используйте кэш в поиске или альтернативные зеркала публикаций.Мы рекомендуем соблюдать законодательства любых стран мира! Автор не имеет конфликта интересов, статья подготовлена на основе открытых данных и рецензируемых публикаций, перечисленных по ходу текста или собраны в конце статьи. Эта статья была создана с использованием нескольких редакционных инструментов, включая искусственный интеллект, как часть процесса. Редакторы-люди проверяли этот контент перед публикацией.
Нажимай на изображение ниже, там ты найдешь все информационные ресурсы A&N
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
Происхождение и ранняя сцена
Бауманский район Москвы с его дворами вокруг МГТУ им. Баумана задолго до «лихих девяностых» был местом с плотной социальной тканью. В 1960–1970-е здесь оформлялись первые городские «бригады» нового типа. Одна из них, связанная с именами Карькова «Монгола» и молодого Иванькова, практиковала то, что позже назовут рэкетом: давление на цеховиков, перекупщиков, антикваров, по сути на весь «теневой» сектор. Истории про «гроб» с живым пленником как инструмент психологического слома иллюстрируют, какой именно тип насилия закреплялся как рабочий. Это важно, потому что в 1988 году новая бауманская конфигурация фактически наследовала не конкретные связи, а сценарии, принципы и привычку к демонстративной жестокости как коду управления.
Сборка 1988 года и «квартира лидеров»
В 1988 году несколько бригад, работавших в районе, спаялись в устойчивую структуру. В публичных архивах чаще всего называют четырех ключевых фигур старта: Владислав Ваннер «Бобон», Валерий Длугач «Глобус», Виктор Коган «Жид», Анатолий Семёнов «Рэмбо». Территория влияния определялась ядром вокруг Бауманского района, но интересы быстро вышли на автомобильный бизнес, рынки, кафе и ночные площадки. Ваннер одновременно пробовал «белые» истории и контакты с предпринимателями. Его дружба и сделки с Давидом Якобашвили в публикациях 1990-х выглядели как типичная для эпохи связка криминальной силы и стремительно обрастающего капиталом предпринимательства. Длугач «Глобус» держал ближайшее окружение в тонусе и отвечал за готовность перейти к силе в любую секунду. Базовая «малина» и логистика были связаны с Апрелевкой, где «Глобус» жил и где бригада чувствовала себя как дома. Коган «Жид» и Семёнов «Рэмбо» подхватывали и силовую, и организационную рутину. С самого начала «бауманских» называли «беспредельщиками» не из журналистской моды, а за реальные практики: вымогательство как система, демонстративные избиения, похищения, угрозы и издевательские формы устрашения, вплоть до инсценировок «захоронений» и имитаций расправ.
Волна ликвидаций 1993–1994 годов
Весной 1993 года по Москве прошла череда хладнокровных убийств, обрушившаяся на верхушку «бауманских». 10 апреля у дискотеки «У ЛИС’Са» на Олимпийском проспекте из карабина СКС расстреляли Длугача «Глобуса». 12 апреля в подъезде своего дома расстреляли Семёнова «Рэмбо». 13 апреля в помещении обувной мастерской на Елецкой улице, переоборудованной под зал игровых автоматов, убили Виктора Когана «Жида» вместе с двумя случайными людьми. В январе 1994 года убили самого Ваннера «Бобона». В источниках эти убийства связывают с решением конкурентов выбить ключевые опоры «бауманских». В оперативной среде чаще всего всплывают «курганские» и «ореховские» как игроки, заинтересованные в перехвате активов и полях влияния. В те годы столичная карта стремительно перекраивалась и любое знаковое убийство имело ярко выраженный экономический контекст: контроль над рынками, автосалонами, игорными залами и потоками наличности.
Попытка реставрации: «Терразини» и поглощение Аннинской ОПГ
Потеря всей «квартиры лидеров» не убила систему полностью. В 1995 году Андрей Журавлёв «Терразини», ранее судимый за мошенничество, сумел собрать оставшиеся бригады и запустить вторую жизнь «бауманских». К этому моменту вокруг большой московской сцены уже шли войны за ресурс, поэтому новая ставка была на быстрый силовой эффект. В структуру «бауманских» тогда привели Аннинскую ОПГ, контролировавшую район Варшавского шоссе. Ближайшими помощниками Журавлёва стали Алексей Шустов «Боксёр» и Иван Костроба «Краб». В прессе и в оперативных сводках второй половины 1990-х «бауманских» снова описывали как группу с показательной жестокостью. В качестве фирменного устрашения фигурировали похищения и «вывоз в лес», причём не как метафора, а как способ принуждения к выплатам. Именно в этот период в Москве началось активное переплетение конфликтов: эпизоды, которые приписывали «бауманским», показывали и их собственные разборки внутри, и удары по конкурирующим сетям, в том числе по лидерам «курганских» и связанным бизнесменам. В публичных версиях следствия всплывали фамилии киллеров и посредников, иногда вплоть до конкретных никнеймов, но даже громкие дела редко доводились до неоспоримых приговоров по ключевым эпизодам.
Разгром бригад и перелом 1997–1999 годов
Нарастание шумных эпизодов неизбежно вывело историю в фазу жесткого силового давления. В 1997 году прошли знаковые задержания в Аннинской ОПГ, в том числе арестовали Шустова. В 1998–1999 годах волна докатилась до известных «бауманских» авторитетов и бригадиров. Одновременно начала буксовать внутренняя дисциплина. Силовая сцена Москвы к концу десятилетия становилась все более дорогой и неоправданной для бизнеса, который переходил на схемы договоренности, посредничества и более тонких финансовых инструментов. Для тех, кто продолжал решать вопросы старым способом, риски выросли лавинообразно: федеральные ведомства перестраивали координацию, а медийная видимость любой войны мгновенно портила жизнь всем участникам.
Экстрадиция «Терразини» и его суд
После серии ударов по окружению Журавлёв уехал за границу, оформил израильское гражданство и некоторое время оставался вне российской юрисдикции. В январе 2001 года его задержала израильская полиция по запросу Москвы. 11 июня 2002 года Израиль выдал Журавлёва российской стороне. Это был первый случай, когда Израиль экстрадировал своего гражданина по запросу России, и сам по себе факт стал важным прецедентом международного взаимодействия по делам 1990-х. В России «Терразини» предъявили обвинение не по громким «межгруппировочным» эпизодам, а по эпизоду внутри самой ОПГ - убийству участника группировки Александра Соколова, якобы совершённому в 1997 году. В марте 2004 года суд присяжных Мособлсуда полностью оправдал Журавлёва, а спустя неделю Верховный суд утвердил вердикт. Спор о доказательствах был принципиальным: не нашли тело, ключевые свидетели отказались от показаний, а прямых подтверждений причастности лидерской роли к конкретному убийству сторона обвинения не представила. Но юридическая победа не спасла «Терразини»: в августе 2004 года его расстреляли в Подмосковье у дома в Ершово. В силовых комментариях того времени это объясняли логикой криминальной памяти: ни оправдательный приговор, ни перемены в раскладе сил не отменяют старых счетов.
Структура бизнеса и поле влияния
На старте «бауманские» контролировали классический для Москвы набор: автомобильный импорт и продажу подержанных машин, стоянки, автосервисы, рынки, ночные площадки, пункты обмена валюты и «игры». Вокруг каждого такого узла возникала смесь защиты, долей в обороте и прямого управления кассой. Важной особенностью стала близость к «витринному» столичному досугу. Истории вокруг дискотек, казино, самых ярких ночных клубов не случайны - там проще всего было шантажировать репутацией и быстро получать наличные. Параллельно формировались «мостики» в легальную экономику - от совместных проектов с предпринимателями до входа в охранный бизнес, где криминальная риторика перекодировалась в язык «безопасности».
Методы и репутация
Слухи про «закапывание живьём» и другие показательные пытки - не просто городские легенды. В ряде дел конца 1990-х следствие описывало инсценировки казней, вывоз в лес, «похороны» как метод убеждения оплатить долг. Даже если часть таких историй обросла мифами, сам способ угроз был системной практикой 1990-х. Прямое насилие, демонстративная публичность и работа на страх - это ключевой треугольник методов. На фоне «консервативных» воровских правил, где ценились договоры и авторитет, «бауманских» реально называли «беспредельщиками», и это работало как инструмент бренда страха. Именно страх и скорость принуждения объясняют, почему Бауманская ОПГ долго сохраняла влияние даже без стабильной единоличной «крыши» после 1994 года.
Конкуренты и враги
К середине 1990-х в столице стабилизировались несколько мощных центров силы - «ореховские», «курганские» и другие объединения с региональными корнями. Их интересы неизбежно пересекались с полями, на которых стояли «бауманские». На автомобильном рынке и в сфере «игр» конфликты с «курганскими» срывались в кровь чаще всего. Отдельная линия - отношения с «чеченскими» структурами, которые в Москве работали не только как самостоятельная сила, но и как посредники и подрядчики в отдельных операциях. Для бизнесов важнее был не «флаг» группировки, а конкретная способность быстро решать задачу защиты или наезда. Это порождало размытые союзы и ситуативные коалиции, где вчерашние враги могли выступить партнерами на один эпизод, а формальные союзники - привести «чужих» для исполнения какой-то задачи.
Почему конец 1990-х стал концом «бауманских»
Причин несколько. Первая - давление силовых ведомств, которые после серии громких убийств в 1993–1994 годах накопили и политическую волю, и материал для больших дел. Вторая - экономическая трансформация: к концу десятилетия наличные потоки частично ушли в безнал, и старые формы рэкета потеряли эффективность. Третья - рост цены скандала. Любая перестрелка мгновенно била по контрактам, арендам, ресторанным сетям. Владельцы легального бизнеса начали платить не тем, кто страшнее, а тем, кто умеет договариваться, легализовать схемы и обеспечивать информационную невидимость. «Бауманские» пытались перестроиться за счет поглощения соседей и усиления террора, но оба механизма к концу 1990-х обнулились: поглощения приводили к новым войнам, а террор - к концентрации внимания силовиков и прессы.
Различать бренд и преемственность
Название «Бауманская» - это в первую очередь география и память района. Советская «бауманская» конца 1960-х с «Монголом» и «Япончиком» и «перестроечная» Бауманская ОПГ конца 1980-х - не одна и та же юридическая организация. Их роднит культура насилия и вымогательства в одном и том же пространстве и частично пересекающиеся фигуры раннего периода, что позволяет говорить о культурной и кадровой преемственности. Но обобщать их как одну непрерывную структуру некорректно. Именно поэтому в источниках 1990-х рядом с «бауманскими» часто вспоминают только «старую школу» как предысторию и набор навыков, а не как формального предка. Для истории Москвы «бауманские» - это не только страница криминальных хроник. Это ключ к пониманию, почему в столице 1990-х так быстро рождались гибриды бизнеса, охраны, клубной жизни и криминальной силы. Это также урок про пределы террора как инструмента управления. Там, где страх работает дольше остальных ресурсов, распад неминуем - потому что система будет всегда искать более дешевые и менее заметные способы контроля. Многих из тех, кто пережил разгром, позже находили на периферии легального рынка безопасности, логистики, автосервиса. История «теряет» их из виду не потому, что они исчезают, а потому, что становятся экономически неинтересны медиа - они больше не делают громких событий, ради которых стоит открывать криминальную хронику.
-
- Википедия: «Бауманская организованная преступная группировка». Проверяйте дату последней правки.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Стрельба возле дискотеки У ЛИС’Са». Коммерсант, 13.04.1993.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Тройное убийство на Елецкой улице». Коммерсант, 15.04.1993.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Контракт на убийство Рэмбо». МК, 29.11.2000.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Заложник судьбы. Как Давид Якобашвили справлялся с бандитами». Forbes, архивная публикация 2004, репост 03.01.2018.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Хасид Журавлев вернулся на историческую родину». Коммерсант, 14.06.2002. Экстрадиция из Израиля.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
-
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.: «Мособлсуд оправдал израильтянина, обвиняемого в убийстве». 03.03.2004.Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Газета.ru: «Последний бауманский». 06.08.2004.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- MK: «Терразини расстреляли». 07.08.2004.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- TASS: «Случаи экстрадиции из Израиля в Россию: досье». 19.01.2015.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- NEWSru: «В Подмосковье убит выданный Израилем лидер бауманской ОПГ». 05.08.2004.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- «Бауманская ОПГ в 1990-х: история московской группировки». Телеканал 360, 22.12.2023. Обзор с подборкой фактов.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Москвич Mag: «Московский детектив: как Япончик и бауманская ОПГ терроризировали подпольных миллионеров». 10.10.2024. Про раннюю бауманскую историю 1960–1970-х.
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
- Википедия: «Бауманская организованная преступная группировка». Проверяйте дату последней правки.
Этот обзор носит исключительно информационный характер и не является руководством к применению. История «бауманских» - это дополнение официальных дел и судебных решений большим массивом журналистских материалов и оперативных версий. Многое в этой истории мы знаем по публикациям «Коммерсанта», «МК», «Газета.ру», по хроникам телеканалов и комментариям силовиков. Важно всегда соотносить конкретный эпизод с уровнем доказанности. Там, где есть приговор, мы говорим о факте. Там, где есть только оперативная версия или публикация без судебной проверки, мы говорим о версии, подтверждаемой пересечением источников, но не заменяющей решение суда. В случае Бауманской ОПГ это различие особенно важно: часть публичного образа группы построена на демонстративной жестокости и страшных историях, которые нередко переживают проверку, но иногда оказываются преувеличенными. На момент подготовки текста все указанные ссылки открываются. Если при последующем просмотре какой-то ресурс не доступен из вашего региона или требует включения JavaScript, используйте кэш в поиске или альтернативные зеркала публикаций.Мы рекомендуем соблюдать законодательства любых стран мира! Автор не имеет конфликта интересов, статья подготовлена на основе открытых данных и рецензируемых публикаций, перечисленных по ходу текста или собраны в конце статьи. Эта статья была создана с использованием нескольких редакционных инструментов, включая искусственный интеллект, как часть процесса. Редакторы-люди проверяли этот контент перед публикацией.
Нажимай на изображение ниже, там ты найдешь все информационные ресурсы A&N
Пожалуйста Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы видеть скрытые ссылки.
